kseniapo (kseniapo) wrote,
kseniapo
kseniapo

Category:

Два врага и нос

Дневник № 253
11 мая 2015

                                                            Нос спрятал совершенно лицо свое
                                              в большой стоячий воротник
                                              и с выражением величайшей набожности молился.

                                                                                                         Н.В.Гоголь. Нос





           
Вступление
Иногда я захожу на лекции в Университет,
чтобы отдать должное преподавателям
и, особенно, Иисусу Карраско, но подчас мне что-то ударяет в голову,
и я отправляюсь туда потому, что хочется окунуться в атмосферу знаний,
энтузиазма, хорошего, до конца не постижимого испанского языка.
Расхожее в России мнение, что испанский легкий язык,
на деле оказалось ложным. Он легок только в начале,
а конца мне никогда не увидеть.

В этот раз попала на лекцию, посвященную творчеству
Франциско Кеведо, читала Олайя.
К сожалению, я немного опоздала, пришлось «доучиваться» в Интернете.
Может быть, я не стала бы «доучиваться»,
если бы не прозвучало стихотворение «Одному Носу».
Там было много других стихотворений, и некоторые меня зацепили,
но «нос» многозначное слово в искусстве.
В голове тут же возникают носатый Гоголь с «Носом»
и менее носатый, но тоже с «Носом» Шостакович.

Вы не поверите, подумаете, что я это специально придумала «для литературы»,
но в тот момент, когда речь шла о носе Гонгора и о «Носе» Кеведо,
на мой нос села какая-то мошка!
В зале, где никаких мошек никогда не наблюдалось,
вдруг появляется мошка и садится именно на мой нос!?

Вот таким образом, я присоединилась ко всем носам
и решила перевести стихотворение Кеведо,
чтобы тоже иметь «Нос».

В 17 веке в литературе была распространена сатира.
Например, одно из крупнейших литературных произведений,
которое так и называется «El Criticon».
Оно принадлежит перу Baltasar Gracián (1601 – 1658) .
Этот герой бессовестно влез в мой рассказ раньше моих носатых героев,
но я ничего с ним поделать не могла, очень к нему прониклась.
Пусть будет во вступлении! Тем более что жизнь Бальтасара показательна.


                             
Бальтазар Грасиан, крупнейший испанский литератор, философ, теоретик литературы эпохи барокко, был иезуитом и работал во славу ордена.
Сложности начались, когда он написал книгу «Критикон». Членам ордена не позволялось печатать свои книги. Бальтазар обошел этот запрет, издав книгу под именем своего брата. Но так как в иезуитском ордене процветали доносы, то его проступок стал известным. Грасиана выгнали с работы, запретили преподавать, выслали из города (Сарагосы), а в наказание посадили на хлеб и воду. После этого он прожил только год в мучениях и унижениях.
«Критикон» - аллегория человеческой жизни, считается одним из главных памятников испанской литературы Золотого веса наряду с «Дон Кихотом» и «Селестиной».
Бальтазар был пессимистом, типичным для эпохи барокко. Он считал, что мир фальшив, что в нем преобладает враждебность, что внешняя видимость противопоставлена правде и внутреннему благородству.
Эта двойственность мира отразилась косвенным образом в смысловой сложности поэзии двух выдающихся поэтов, о которых несколько слов далее.


            Как развлекались крупные поэты Золотого века

                  Luis de Góngora y Argote (1561-1627)
                  Francisco Gómez de Quevedo Villegas (1580-1645)

Два знаменитых поэта эпохи барокко - Гонгора и Кеведо -
были поэтическими врагами, и прославились еще и тем,
что ругали друг друга в стихах.
Так как люди они были образованные,
то прибегали нередко к игре двойным смыслом слов.

Скоро я познакомлю вас с переводом «Одному Носу»,
и вы сможете в этой убедиться сами.
Вот почему пришлось мне свой нос уткнуть в Интернет,
изучая эпоху,а иначе попробуйте перевести или прокомментировать
все, что в стихотворениях, наполненных словами
с двойным значением, написано!
Еще раз убедилась, что Гоголь с Шостаковичем были правы.
Нос может стать кем и чем угодно, ибо тема,
связанная с носами, неисчерпаема!

В поисках смысла шастает мой нос по Интернету,
а герои с их произведениями разветвляются,
как дерево (вот и всплыл Бальтазар во вступлении).
Кроме множившихся героев, множился и зрительный ряд,
который в 21 веке вдруг стал таким важным,
что без фотографий уже как-то и читать странно!
Мимо него уж точно я пройти не могу.
Потому «без промедленья, в тот же час»
представлю старинные портреты двух врагов.

Портрет Гонгора приписывается Веласкесу.





О самом поэте немного рассказала в моем посте, правда, стихотворение там переведено не сатирическое.
http://kseniapo.livejournal.com/215499.html

Портрет Кеведо был написан Франциско Пачеко
вскоре после вступления Кеведо в Орден Сантьяго в 1618 году.




Портреты разные, но в обоих  видны незаурядные
сильные личности, светится ум.
Мы видим два разных типа лица,
более узкое у Гонгора и широкое у Кеведо,
но… носы одинаково длинные.
Не забываю, что нос, а вовсе не они - главное действующее лицо в этом повествовании! Сидела мошка на носу, сидела!

Литературная направленность поэтов была разной.
Первый тяготел к культизму, связанному с риторической, ученой поэзией, насыщенной метафорами, латинизмами и т.д.
Второй поэт представил направление концептизма,
опирающееся на усложненную семантику и парадоксальные контрасты.
Их объединяла (как и носы!) сложность и требование
аналитического прочтения стихов и расшифровки смысла.

Никто не знает, почему два поэта были так враждебны друг к другу.
Мне кажется, что тут замешаны человеческие слабости,
когда два великих человека не могут признать
величие другого и ругают друг друга, не жалея слов.

Так получилось, что сегодня меня заинтересовал нос,
перекинувший мостик к искусству других веков,
и я займусь переводом только этого стихотворения
как примера поэтического оскорбления 17 века.




                 Одному Носу
  Жил-был человек с носом,
  Жил-был нос выдающийся,
  Жил-был нос, писарь в балахоне,
  Жил-был меч-рыба бородатый.

  Были солнечные часы недовольные,
  Жил-был дистиллятор задумчивый,
  Жил-был слон, навзничь свалившийся,
  Был Овидий Назон, носище огромное.

  Жила-была носовая часть галеры,
  Жила-была пирамида Египетская,
  Двенадцать из племени носов были.

  Жил-был носизм беспредельный
  Много носа, носа жуткого,
  Который на лице Анаса был бы преступлением.

              Заключение

Гонгора, которому предназначено стихотворение «Одному Носу»,
был из семьи обращенных в христианство евреев (judíos conversos).
Кеведо едко высмеивает Гонгора, но это не было направленно против евреев вообще, как может представиться.
Он обыгрывает сильное в те времена оскорбление,
которым было слово «еврей», не произнося самого слова.

Я специально выясняла этот вопрос у знатоков истории,
и мне пояснили, что в те времена сказать в адрес человека,
что он еврей, означало, примерно, то же,
что сказать человеку в нашей стране, что он "фашист".

Кеведо, чтобы уязвить Гонгора, намекает на это слово
и для ясности и большей силы впечатления
вытягивает исторические примеры,
таким образом, ловко проходится по особенностям
ученого стиля Гонгора, связанного с моделями ранних эпох.

К одним персонажам истории Кеведо своим намеком
присоединяет Гонгора, например, слово “sayón”
означает и «балахон» и «палач» в историческом значении,
то есть тот, кто распинал Христа.

В других фразах, называя имена Овидия и Анаса,
Кеведо, напротив, подчеркивает,
что Гонгора к ним и близко не стоит.

Например, Кеведо вспоминает Овидия с его фамилией Нос
(Назон.Publius Ovidius Naso .43 до н.э. – 17-18 н.э.)
и отделяет его нос от носа Гонгора, «носище огромное»,
подчеркнув несравненно большую величину фигуры Овидия.
Упоминание также имеет двойной смысл.
Нос носом, но еще и было изгнание Овидия,
как в случае и с евреями в Испании.
Напомню пушкинские стихи о Назоне:

          Наука страсти нежной, которую воспел Назон,
         За что страдальцем кончил он
         Свой век блестящий и мятежный,
         В Молдавии, в глуши степей, вдали Италии своей

И заканчивается памфлет упоминанием Анаса,
высокого сана священника в Древнем Израиле,
который, как утверждает Кеведо в кульминации,
если бы был похож на Гонгора,
то был бы назван преступником.

Виртуозный памфлет на своего литературного врага.
Гонгора отвечал ему тем же.













Tags: Luis Góngora, francisco quevedo, лично-ироническое, перевод, университет
Subscribe

  • Снова карантин

    6 октября 20020 Опять возникает ощущение загнанного животного, ожидающего казни. Удивительно, как забота о людях может перерастать в свою…

  • В лесу

    Осень прячется в листочках, Отдыхает на пенечке, Играет в лесу, Создавая красу.

  • Весна. Скрябин

    22 апреля 2020 Скрябин. Соната № 8, ор.66 Андрей Корабейников

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments

  • Снова карантин

    6 октября 20020 Опять возникает ощущение загнанного животного, ожидающего казни. Удивительно, как забота о людях может перерастать в свою…

  • В лесу

    Осень прячется в листочках, Отдыхает на пенечке, Играет в лесу, Создавая красу.

  • Весна. Скрябин

    22 апреля 2020 Скрябин. Соната № 8, ор.66 Андрей Корабейников